Россия под скипетром Романовых

порядки местного управления. Он еще до окончания войны разрешил 20 января 1809 года
представителям финляндских сословий собраться на областной сейм, или съезд, принести на нем
присягу верности и представить ходатайство о местных нуждах. Мало того: он, по просьбам
финляндцев, присоединил в 1811 году к Финляндии Выборгскую губернию, завоеванную еще
Петром Великим и Елизаветой Петровной, распространив на нее финляндские порядки. Оказывая
эти милости Финляндии, император Александр Первый считал ее, однако, такою же
неотъемлемой собственностью и нераздельной составной частью Российской империи, как и
другие ее области. Объявляя особым манифестом (1 октября 1809 года) о присоединении по
Фридрихсгамскому договору Финляндии к Российской империи, он говорил: «Новые владения
наши всегда будут составлять твердую и незыблемую ограду Империи Нашей». Петр Великий
Выборг назвал «крепкой подушкой Петербурга», а его правнук желал, чтобы вся Финляндия стала
«незыблемой оградой» русской столицы и всего Русского государства.

Война с Турцией затянулась дольше, и только весной в 1812 году заключен был выгодный для
нас мир. К России отошла от Турции плодородная Бессарабия, река Прут с этой поры стала нашей
государственной границей на западе.

Счастливое окончание турецкой войны было как нельзя более кстати для России. Новая война
с Францией готова была разразиться с минуты на минуту.

Великая Отечественная война

Соглашение, заключенное в Тильзите, не могло быть прочным. Наполеон продолжал свои
захваты и беззакония, расправы со слабыми государствами. Еще в Тильзите он делал императору
Александру намеки на возможность разделить с ним господство над Европой. И потом в беседе с
русским послом в Париже он однажды вернулся к этой мысли, — разрезал пополам яблоко и
сказал: «Видите, как легко поладить мне и вашему государю: одна половина земли мне, другая
ему». Узнав об этом, Александр заметил: «А кто мне поручится, что Наполеон, съевши свою
половину яблока, не захочет съесть и другую?»

Всякий новый захват императора французов вызывал возражения со стороны русского
императора, что раздражало Наполеона, привыкшего уже к раболепству. Сердило его и то, что
император Александр не хотел в угоду ему выслать из России нелюбимых Наполеоном лиц, и то,
что в изданных в то время в России законах о торговле французы не получили ожидаемых льгот.
В душе Наполеон хотел и в России распоряжаться, как в подвластной ему стране, но всякая
попытка в этом направлении встречала решительный отпор. Чуть не каждый день возникали
новые столкновения и взаимные жалобы. Переговоры между Россией и Францией принимали все
более резкий и угрожающий характер. Во всей Европе только и было разговоров, что о
предстоящей неизбежной войне.

Могущество Наполеона в это время достигло высшей степени. В четырех крупных
государствах Европы были королями его братья или генералы; большинство немецких государей
признали над собою «покровительство», то есть, в сущности, власть Наполеона; владения же
других были непосредственно присоединены к Франции; из части польских земель, отнятых от
Австрии и Пруссии, Наполеон в 1807 году образовал особое Польское государство — Варшавское
герцогство; правителем его был саксонский король, подчинившийся Наполеону.

Иго французов было изнурительно и тяжко для побежденных. Тяжелые подати, военный
постой, всевозможные поборы и притеснения со стороны французских солдат и чиновников
разоряли и богатых людей, и простой народ и вселяли общую ненависть к французам. Но
государи и правители, либо поставленные Наполеоном, либо запуганные, не смели уже призвать