Россия под скипетром Романовых

Многие города, лежавшие к северу от Москвы, не имея сил сопротивляться Самозванцу, стали
принимать воевод и начальников от него. В самой Москве нашлись князья и бояре, которые
отъезжали в Тушино, признавали Вора своим государем, а затем, побыв там и получив поместья
или деньги, опять возвращались в Москву к царю Василию, били ему челом, говорили, что
отстали от измены. Таких людей в Москве стали называть в насмешку «перелетами».

Войска Тушинского Вора все росли, все новые и новые отряды поляков, казаков и русских
изменников прибывали в Тушинский стан. Прежде всего тушинцы решили захватить Троице-
Сергиев монастырь, который стоял на дороге из Москвы в северные города, и в конце сентября
1608 года 30 000 воров, казаков и поляков под начальством Яна Сапеги и Лисовского подошли к
стенам монастыря. Началась знаменитая осада святой обители. В ней было только несколько сот
человек воинов под начальством воевод князя Долгорукова и Голо-хвастова; но почти все иноки и
крестьяне, сбежавшиеся из окрестных сел в монастырь, вооружились. Своим многочисленным
врагам эта горсть осажденных противопоставила только свое мужество и надежду на
Преподобного Сергия. Сапега поклялся, что не отойдет от обители, пока ее не возьмет; но все его
усилия оказались напрасны.

Еще при начале осады архимандрит Иоасаф привел к присяге у раки Преподобного всех
защитников. Первые десять дней октября прошли в непрерывном обстреливании стен и
укреплений монастыря, а в ночь на 14 октября полупьяные войска Сапеги бросились на приступ,
но были быстро отбиты; еще несколько раз делал Сапега ночные приступы, но, наконец, видя их
полную бесполезность, принужден был прекратить нападения. Тогда осажденные, в свою
очередь, начали делать вылазки и захватили несколько пленных, которые рассказали, что под
стены обители ведется подкоп, но где — никто долгое время не знал. Можно себе представить, в
каком состоянии находились иноки и защитники обители: они должны были каждую минуту
ожидать, что взлетят на воздух!.. Однако они не теряли присутствия духа и с большим старанием
делали вылазки. Наконец, удалось найти подкоп, в который уже были внесены бочки с порохом.
Два смельчака-крестьянина — Шилов и Слата — уничтожили подкоп, взорвав порох, и сами при
этом погибли; но своей геройской смертью они избавили монастырь от страшной опасности.

Зимой Сапеге пришлось изменить способ борьбы: приступы были прекращены. Но зато
началось самое тесное обложение: даже выходить за дровами из монастыря в соседний лес
приходилось со страшной опасностью — почти всегда при возвращении кого-нибудь
недосчитывались. Вскоре к недостатку дров прибавились болезни и сильная смертность:
хоронили иногда до тридцати человек в день. Но не ослабевал дух славных защитников обители,
хотя помощи они не получали ниоткуда, если не считать 60 казаков, верных царю, которых
прислал он в феврале 1609 года.

Весной совершенно истощенные осадой воины и иноки должны были отбивать новые
яростные приступы Сапеги и Лисовского. Силы защитников Сергиевой обители были ничтожны:
способных выйти в бой было человек 200. Но они знали, что желанная помощь уже близка: 12
января 1610 года, узнав о приближении войска князя Скопина-Шуйского, Сапега снял осаду, а
вскоре и сам молодой витязь прибыл в монастырь и был торжественно встречен братией. Так
кончилась 16-месячная осада Троицкой обители, показавшей пример всем русским людям, как
надо защищать свою веру и Родину.

Между тем царь Василий, еще за год перед этим, ищет везде помощи и, наконец, не видя
ничего лучшего, решает обратиться к шведскому королю — недругу поляков, который с
неудовольствием и беспокойством смотрел на успехи их в России. Для переговоров со шведами
был послан племянник царский князь Михаил Скопин-Шуйский, которому после долгих усилий
удалось нанять на службу России шведского полководца Делагарди и 5 000 человек прекрасно
вооруженного шведского войска. Москва обязывалась щедро платить шведским солдатам и