Россия под скипетром Романовых

как бы не видели тех забот и расположения, которое к ним проявляла русская власть. Император
Александр Второй был одушевлен по отношению к полякам лучшими намерениями: было
даровано прощение полякам, замешанным в мятеже 1830—1831 годов, как бежавшим за границу,
так и находившимся в ссылке. Преемник князя Паскевича в должности наместника (с 1856 года)
князь Горчаков, по характеру человек мягкий, относился к полякам весьма снисходительно. Он
испрашивал все новые и новые милости царству Польскому. По его представлению государь
назначил начальником всех школ в царстве Польском поляка Велепольского. В Варшаве решено
было учредить особый государственный совет для обсуждения важнейших дел, в губерниях же и
уездных городах — особые советы из выборных лиц для заведования городским хозяйством. Все
внутренние дела, касавшиеся управления, суда, просвещения и веры, были сосредоточены в руках
самих поляков.

Но все эти благожелательные меры не изменили враждебного к России настроения крайних
польский партий, имевших большое влияние. Они в значительной мере составились из
участников прежнего восстания и увлеченной ими молодежи — учащихся и рабочих. Влиянию их
подчинилось мало-помалу и польское общество. С самого начала 1861 года в Варшаве начались
уличные беспорядки. Русским офицерам и солдатам опасно было показываться на улице; а когда
однажды, выведенный из терпения нанесенными оскорблениями офицер, шедший с отрядом
солдат, велел сделать залп в толпу, и несколько поляков было убито, поляки подняли крик на всю
Европу, ежедневно стали служить по костелам с вызывающей торжественностью заупокойные
обедни по убитым и надели траур.

Крестьянское, однако, население почти повсюду оставалось спокойным, хотя оно и находилось
в большой зависимости от помещиков, так как, получив ранее волю, оно не было наделено
землей.

Хотя до государя и доходили сведения о том брожении, которое происходило в Польше, но он
не менял своего благожелательного отношения к полякам, надеясь, как в свое время император
Николай Павлович, на их благоразумие. Вслед за государем и все образованное наше общество по
исконному русскому благодушию не только не питало каких-либо недружелюбных чувств к
полякам, но, напротив, всемерно было проникнуто мыслями об устранении вековых
недоразумений между двумя родственными славянскими народами.

Наместником царства Польского в мае 1862 года был назначен брат государя великий князь
Константин Николаевич. В ответ на такое милостивое и почетное для поляков назначение
польские заговорщики произвели на жизнь великого князя покушение тотчас по прибытии его в
Варшаву. К счастью, покушение не удалось: великий князь был только легко ранен в плечо. Даже
и после этого гнусного дела отношение русской власти к полякам не переменилось.

Принимая через неделю после покушения польских сановников, великий князь говорил: «Брат
мой желает вашего счастья, вот почему он прислал меня сюда. Рассчитываю на вашу помощь,
чтобы я мог исполнить его поручение».

Хотя брожение в крае не прекращалось, Польша продолжала получать все новые и новые
льготы. Почтовые учреждения были изъяты из подчинения почтовому ведомству империи;
губернаторами и начальниками местных учреждений продолжали назначать природных поляков,
Велепольский назначен помощником наместника по всем частям гражданского управления;
управление, суд, обучение производились на польском языке; в Варшаве вновь открыт был
польский университет, закрытый после первого восстания. Но ничто не помогало. Поляки
пользовались каждым случаем, чтобы сделать оскорбительное для русской власти выступление в
своих церквах или на улицах.