Россия под скипетром Романовых

В 1774 году, когда казаки ушли в поход против турок, горцы целым скопищем нагрянули на
Наурскую станицу (Терского войска), думая разграбить ее без боя. Тогда взялись за оружие
старики, уже вышедшие из строя, мальчики, не доросшие до того, чтобы их брали в поход, даже
казачки: они высыпали на вал в своих красных сарафанах, били горцев косами, серпами, обливали
их сверху кипятком, горячими щами, варившимися у них к обеду. После целого дня упорного
приступа горцы бежали со стыдом. Наурские казачки получили за это дело знаки военного
отличия, а в горах долго еще можно было встретить «джигитов» (воинов) с обожженными
лицами. Казаки дразнили их: «А что, приятель, ты не в Науре ли щи хлебал?»

С окончательным устройством линии Россия уже твердой ногой стала на северных предгорьях
Кавказа. В последние годы царствования Екатерины Великой наместником предкавказских
владений России был князь Потемкин, родственник знаменитого наместника Новороссии и
Крыма. Под его заботливым управлением край быстро достиг заметного развития. Кизляр,
Моздок, Ставрополь, бывшие дотоле лишь крепостями, превратились уже в настоящие города,
наполнились промышленным и торговым населением. Наехало сюда торговцев и
предпринимателей из немцев и армян, быстро стало развиваться шелководство, виноделие.
Недавно построенный и быстро разросшийся Екатериноград (ныне станица в Терской области)
украсился пышным дворцом, достойным наместника Великой Российской императрицы.
Полудикие горцы с невольным уважением и страхом смотрели на выраставшую мощь России.
Князья некоторых горских племен, не смущаясь различием веры, сами спешили просить
подданства Русской державе. Их приводили к присяге в Екатериноградском дворце в присутствии
наместника и его блестящего двора, при громе пушечной пальбы, и новые русские подданные
уезжали к себе в горы, еще более ослепленные блеском роскоши и могущества России.

Подданство Грузии

С живым вниманием и радостной надеждой встречались известия о русских победах в Грузии.
Судьба этой многострадальной земли и во времена Екатерины Великой была не легче, чем 100
или 200 лет назад. Правда, главные два грузинских царства — Карталиния и Кахетия —
соединились к этому времени под властью одного царя — Ираклия Второго. Но Имеретия,
Мингрелия, Гурия держались особняком, имели своих царей или владетельных князей. Все эти
крошечные государства (каждое из них было меньше одной русской губернии) были между
особой в вечной вражде, и это междоусобие еще более подрывало их силы, и без того ничтожные.
Имеретия, Мингрелия и Гурия платили туркам позорную дань — не только деньгами, но и
людьми, выдавая туркам ежегодно положенное число красивейших девушек. Карталиния и
Кахетия такую же дань платили персам. Но и этой позорной ценой нельзя было купить прочного
мира. За малейшее ослушание турки или персы мстили набегами, и их вторжения
сопровождались всегда бесчеловечными насилиями и опустошением страны. Почти все храмы
Грузии хранят до наших дней следы кощунственных мусульманских вторжений: лики святых на
иконах изрублены сабельными ударами, глаза выколоты копьями. Самим царям грузинским
приходилось не раз переживать тяжелые испытания. Современник Екатерины Великой,
имеретинский царь Соломон, преследуемый турками, должен был скрываться с горстью верных
слуг в дремучих лесах, покрывавших горы его родины. Здесь же, в лесной трущобе, пришлось
беглецам встретить Светлый Праздник: они вырезали на коре столетнего дуба знамение креста и в
полночь трижды обошли вокруг дерева, воспевая во мраке дубравы: «Христос Воскресе!»

Если такие лишения выпадали на долю царей, то можно представить себе разорение простого
народа. От вражеских нашествий и от своих усобиц грузины, и без того малочисленные, так
оскудели и обессилили, что при Ираклии Втором соединенные Карталиния и Кахетия едва могли
выставить 10 тысяч человек войска, притом плохо вооруженного, совсем не обученного и
незнавшего никакой дисциплины.