Россия под скипетром Романовых

храбрый народ — уже много столетий вели ожесточенную борьбу, защищая свою свободу и свою
веру от сильных мусульманских народов: турки, персы, кавказские горцы со всех сторон терзали
своими нашествиями и опустошали несчастную Грузию. На беду, грузины еще плохо ладили
между собой. Различные области Грузии (Карталиния, Кахетия, Мингрелия, Имеретия, Гурия) то
соединялись под властью одного царя, то опять разделялись, иногда даже враждовали между
собой. Временами приходилось грузинским царям смиряться перед турками или персами, платить
им дань, иные даже принимали мусульманскую веру.

Но народ крепко держался православия, и стоило появиться на престоле смелому царю-
христианину, чтобы он весь снова поднялся на кровавую борьбу.

Россия, конечно, не могла остаться равнодушной к страданиям единоверного народа. Когда
грузинские послы впервые предстали пред очи Иоанна Грозного, суровый царь не мог удержаться
от слез, слушая их рассказы. Несчастным грузинам была одна надежда на спасение — Россия.

Уже сын Грозного, Федор Иоаннович, уступил мольбам кахетинского царя Александра и
принял его, со всей его землей, под свою высокую руку. Как только успокоилась Россия после
смуты, ко двору царя Михаила Федоровича вновь явились послы из Кахетии от царя Теймураза с
просьбЪй: принять его землю в русское подданство «до последнего дня Страшного Суда».
«Никого я не имею на свете, кроме Бога и твоего Царского Величества. Живу только именем
Святой Троицы, твоей милостью и помощью твоего Царского Величества», — писал Теймураз. И
позже такие посольства с мольбой о подданстве и защите, о присылке войска, пушек, денег на
жалованье ратным людям много раз являлись к престолу царей Михаила Федоровича и Алексея
Михайловича.

Вольные терские казаки нередко, пробравшись через горы, поступали на службу к грузинским
царям. Грузинские летописи сохранили рассказы о том, что на помощь Грузии приходили казаки
и с Дона и даже с Днепра.

Грузины молили о помощи, называли себя слугами великих государей. Но какую помощь
могла оказать им Россия, сама изнемогавшая в тяжелых воинах? Еще при Федоре Иоанновиче
сделана была попытка проложить дорогу в Грузию, завоевав Дагестанские горы; но два русских
войска только погибли без пользы в незнакомой, дикой, гористой стране. Россия была еще
слишком слаба для таких далеких трудных войн. Михаил Федорович и Алексей Михайлович
делали для защиты Грузии то, что позволяли им их силы: в переговорах с Турцией и Персией
убеждали ради дружбы и мира с русским царем не теснить и не воевать Грузии; с персами такие
уговоры нередко и достигали цели.

Грузинам посылали иногда из Москвы деньги или запасы, посылали, по их просьбе, учителей,
священников, церковные книги — во всем этом в разоренной Грузии была большая нужда.

При дворе Московских государей всегда можно было встретить знатных грузин княжеской и
даже царской крови, пожелавших вступить в русскую службу. В свите царя Алексея
Михайловича во время польской войны было несколько грузинских царевичей.

Имеретинский царевич Александр был одним из любимых друзей и сподвижников царя Петра
Великого в его молодые годы. Женатый на русской, он получил большие вотчины под Москвой и
всю жизнь свою посвятил России. Он был в числе «потешных» Петра, ездил с ним вместе учиться
за границу. В битве под Нарвой царевич попал в плен. Шведы, зная его царское происхождение,
требовали за знатного пленника огромный выкуп — 20 бочонков золота или 60 пленных
шведских офицеров. Зная бедственное положение России, царевич сам писал государю, прося не
разоряться на его выкуп. «Пусть никакого убытка не будет государству ради нашей свободы. На