Почему Россия не Америка

А где сбывались, скажем, финские товары? Я думаю, об этом легко догадаться. Не в Западной Европе.
Я не испытываю предубеждения к болгарским сигаретам. На мой взгляд, рак легких от болгарского табака ничем не хуже, чем от американского. Но положа руку на сердце — какие шансы у «Болгартабака» в конкурентной борьбе против «Филип-Морриса»? Если конкурировать в долларовой зоне? А пока рубль конвертируется — мы все в зоне доллара.
Причина одна — в Европе условия для сельского хозяйства ухудшаются с Запада на Восток, и оно становится менее рентабельным. Вот сейчас и восточноевропейский фермер узнал, что это такое.
Правда, не могу не пояснить: на самом деле никто в мире не торгует продовольствием. Торгуют продовольственными излишками, а это не одно и то же!
ЛЕГКО ЛИ БЫТЬ ЛИМИТРОФОМ
Если вы помогли другу в беде, он наверняка вспомнит о вас, когда снова окажется в беде.
Правило Чейтса
Современный мировой рынок состоит из двух определенных категорий — одни страны дешево производят, другие с чувством и толком потребляют. Восточная Европа с большим удовольствием присоединилась бы ко второй категории (как и Россия, впрочем), но не может оказаться даже в первой.
Те же факторы, что и в России, влияют и на их рентабельность промышленного производства, хотя и несколько слабее. Но в конкурентной борьбе имеют значение излишние траты даже в размере нескольких процентов.
Так что некоторые трудности в экономике наших западных соседей не случайны, это не временный кризис. Процесс на этом не остановится. Пока — лишь пока — наши западные соседи живут во многом за счет транзита, приграничной торговли, реэкспорта, причем главным действующим лицом в этих операциях является Россия. Так, почти все бананы в Россию почему-то попадают из Финляндии, поэтому они в Питере дешевле всего. Но покупательная способность России падает…
То, что наши соседи пока что имеют процент от реэкспорта нефтепродуктов и цветных металлов — во многом результат коррупции российских чиновников и, так сказать, несовершенства механизма разграбления нашей страны. В принципе, наши экспортеры платят ближайшим соседям совершенно излишний процент, и вполне могли бы на пути к конечному потребителю обойтись без посредников. Даже если «пореформенная» экономическая система не будет сломана, а лишь усовершенствована, то роль посредников будет в конце концов сведена к нулю.
Аналогично, то, что основной торговой базой для наших «челноков» была Турция — результат временного стечения обстоятельств. Дело в том, что частная внешняя торговля — это, конечно, для нашей страны — зло. Но торговля в форме «челночничества» — зло в квадрате. Импорт мелкими партиями приводит к дополнительному разорению страны. А «челноку» чисто технически было неудобно ехать куда-то дальше Турции, а в Европу через Польшу — противно и опасно. Впрочем, естественный процесс вытеснения мелкого «челнока» оптовыми импортерами почти завершился к 17-му августа, и, если бы не кризис, в будущем импорт шел бы крупным оптом, и не обязательно через Турцию.
Ситуация фактического валютного банкротства нашей страны сильно сократила эту внешнеэкономическую деятельность. Даже если экспорт цветных металлов и нефти из России не будет национализирован, его объемы все равно сокращаются. Будущее у экономики «лимитрофов» (так в период между мировыми войнами называли пограничные с Россией страны) незавидное, В 20-е — 30-е годы из Прибалтики эмигрировала значительная часть населения, и это было неспроста. У эстонцев была своя пословица:
«колыбель эстонцев — Эстония, а могила — весь мир». Нечем им было в Эстонии жить! А сейчас подобная ситуация снова воспроизводится.
Таким образом, положение наших западных соседей — весьма своеобразно. По сравнению с экономиками стран Западной Европы и Южной Азии их экономики неконкурентоспособны, и входить с ними в одно рыночное пространство, «мировое» — для них самоубийственно. Зато в одном рыночном пространстве с Россией производства в этих странах могут и процветать. Если российские предприятия будут работать хорошо, то и предприятиям стран — бывших членов СЭВ — будет хорошо также, ведь они находятся в более благоприятных условиях, у них есть экономическая фора — меньшая потребность, чем у российских, в энергии. Проблема у них лишь в одном — чтобы они хотели продавать на нашем рынке, необходимо, чтобы им можно было что-то на этом рынке и купить. Это и сырье, и полный набор товаров, по современным понятиям, необходимых для жизни. Вот в этом проблема! Прошлый раз при жизни СЭВ — так не получилось. Наши братья-славяне и прочие угрофинны очень обиделись на темную варварскую азиатскую державу, что она их всячески угнетает. Подоплека была, конечно, не в угнетении, а в меньшем разнообразии в витринах. У западных соседей витрины были богаче!
Сейчас витрины на центральных улицах у «братьев-славян» — как надо, а вот производство где стоит, а где и лежит пластом. Через некоторое время настанет момент, когда жизнь напомнит: человек не только потребитель, но в первую голову работник, и чтобы потреблять, надо что-то производить и продавать, а их производство никому в мире не нужно. Кроме России и Монголии, и то на определенных условиях.