Матрица «Россия»

Л. ГРИГОРЬЕВ: Ну, эти расчеты хотелось бы проверить.
С. КАРА МУРЗА: Пожалуйста.
Л. ГРИГОРЬЕВ: Нет, понимаете, в Москве масса умельцев изобретать новые меры. Поэтому давайте будем осторожны. Известно точно, куда потрачена энергия. На душу, не на душу, на преодоление, не преодоление. Разные люди начали писать книги о том, что в США лучше жить, чем у нас, потому что там жарко. Потом, наконец, объяснили, что американцы тратят на охлаждение домов намного больше электроэнергии, чем мы на утепление.
С. КАРА МУРЗА: Этого не может быть. Вы должны понимать сами, как энергетик.
Л. ГРИГОРЬЕВ: Нет, это точно так.
С. КАРА МУРЗА: Вы подумайте сами: чтобы охладить комнату на 3 градуса, вы считаете, надо больше энергии, чем для того, чтобы нагреть на 40 градусов?
Л. ГРИГОРЬЕВ: Поживите 10 дней в Новом Орлеане, я на вас посмотрю, сколько у вас возьмет. Я платил в Вашингтоне.
С. КАРА МУРЗА: Чтобы охладить комнату на градус, надо примерно столько же энергии, сколько для того, чтобы нагреть на градус. У нас приходится нагревать комнату от минус 20 до плюс 20 — на 40 градусов. Причем в течение 4 месяцев. А в Новом Орлеане в течение 3 месяцев надо охладить комнату на 5 градусов.
Л. ГРИГОРЬЕВ: В Новом Орлеане надо в течение 6 месяцев охладить от 35 до 20. И вдвое больше народу и гораздо большие помещения.
С. КАРА МУРЗА: Несопоставимые вещи.
Л. ГРИГОРЬЕВ: Там же гораздо больше помещения. Мы то сидим в каменных домах, а они то сидят в деревянных коробках.
С. КАРА МУРЗА: Если у них будет не хватать энергии, вполне переживут они…
Л. ГРИГОРЬЕВ: Это другой вопрос. Пущай будет им жарко.
С. КАРА МУРЗА: Охладят не до 20, а до 25. А вот мороз пережить нельзя, понимаете.
М. МАЙЕРС: Совершенно верно.
С. КАРА МУРЗА: Учтите, что 15 лет не перекладывали трубы теплосетей, они текут, что увеличивает расход энергии колоссально. А мы о лампочке.
Л. ГРИГОРЬЕВ: 15 лет мы без ремонта, конечно.
М. МАЙЕРС: Я прошу прощения. Я вернусь к сайту «Эхо Москвы». «На что Вы готовы пойти, чтобы снизить потребление энергии?» Давайте все таки к людям обратимся. Вот, 44% не видят вообще причины это делать.
Т. САМСОНОВА: 5% затруднились ответить. Но остальные 50 все таки проголосовали и разделились по двум мерам, которые мы с Машей предложили. Есть два варианта снижения потребления энергии. Платить больше, и эти деньги пойдут на внедрение энергосберегающих технологий. Вот я, например, лампочку купила. Она маленькая маленькая. Потому что эта лампа трансформирует каким то образом, совершенно недоступным, энергию, чтобы лампочка тратила меньше. Итак, готовы больше платить за энергию, если деньги пойдут на внедрение энергосберегающих технологий — 27% проголосовавших. А готовы существенно снизить свое потребление 24%.
М. МАЙЕРС: Вот можно я спрошу у профессиональных энергетиков, в общем, чего они, собственно, ждут от населения в данной ситуации, когда становится очевидно, что употребление энергии надо сокращать? И в теории и на практике.
Л. ГРИГОРЬЕВ: В теории ситуация достаточно понятная. Поставить счетчики, добиться стопроцентной оплаты. То есть, установить достаточно высокую цену. Люди реагируют, но, повторяю, реагируют не совсем бедные, тем трудно, они просто перестают платить. Не реагируют и богатые. Им все равно, они не экономят. Сэкономить можно только на среднем, полуобеспеченном классе. Для кого каждая копейка — предмет счета. Ну, и желательно, конечно, менталитет.
М. МАЙЕРС: Грубо говоря, на мой вопрос, чего энергетики ждут от населения, пока ясного ответа нет. Не очень понятно, что с нашим населением делать.