Матрица «Россия»

Достаточно взглянуть на динамику самых критических показателей, чтобы понять, перед какой задачей встало государство именно в тот момент, когда люди вновь стали возлагать на него надежду. Кривая старения промышленного оборудования РФ за последние 8 лет не изменилась — несмотря на то, что на РФ пролился золотой дождь нефтедолларов. Труднее оценить, но, судя по всему, в том же темпе идет и эрозия кадрового потенциала страны.
Почему же власть не решается использовать накопления, чтобы переломить эти тенденции? Ведь рассуждения о том, что тратить деньги в стране нельзя, что надо их оставить внукам и правнукам, настолько нелогичны и противоречат здравому смыслу, что почти никто с ними и не спорит. Их нельзя принимать всерьез, это ритуальные иносказания. Их приходится понимать так, что РФ не обладает достаточным суверенитетом, чтобы тратить эти деньги — они должны быть возвращены на Запад. Купить на них оборудования и технологии нельзя.
Никто и не ставит это в вину нынешнему руководству, страна провалилась в такое состояние уже к середине 90 х годов. А вот нахождение способа вылезти из этой ямы — обязанность В.В. Путина и его команды. И когда выяснится, справились ли они с этой задачей или даже не попытались мобилизовать на ее решение дееспособное ядро общества, тогда и сможем мы ответить на вопрос, поставленный в заглавии.
За первые два срока команда В.В. Путина построила трамплин, с которого мы имеем шанс выпрыгнуть из ямы. Что дальше? Дальше — этот трамплин или будет использован, или разрушен. Если власть не решится и этот шанс мы потеряем, то придется начинать снова, но уже с более низкого уровня.

ОБРАЗ БУДУЩЕГО

Представить образ будущего — значит, сделать прогноз, предсказать, к какой точке в воображаемом пространстве будущего будет тянуться ход событий от настоящего момента. Но предсказание, а тем более пророчество, не безучастно к будущему, оно его конструирует. Оно подталкивает ход событий к предсказанному образу. За будущее идет борьба, в ней нередко побеждают обманщики. Делая ложное предсказание, они направляют доверчивых людей в тупик, оставляют без будущего.
Например, такой подлог совершили лжепророки из бригады Горбачева. Они соблазнили людей образом будущего, которого не могло быть устроено в СССР. Специалисты это знали, но им зажали рот — борьба есть борьба, а сила в тот момент была в руках верхушки КПСС. Попробовал Юрий Бондарев спросить Горбачева: куда полетели, где садиться будем? Его обозвали чуть ли не фашистом.
90 е годы — смутное время. Грабили страну и жили одним днем. Как будто был общий уговор — о будущем не думать и уж тем более не говорить. Даже краткосрочные программы отменили. Представить, к чему приведет весь этот ельцинизм, продлись он лет двадцать, было в принципе невозможно. Хаос непредсказуем. Люди полагались на веру: авось куда нибудь вывезет. Разумных доводов не было.
Сейчас, похоже, возвращается способность людей к предвидению, и это хороший признак. Следующий шаг — возрождение функции проектирования, то есть разумной совместной деятельности по созданию возможных и желаемых образов будущего. Это значит, оживает человек, оживают и структуры общества. Появился росток надежды.
До полнокровного проектирования, конечно, еще далеко. Нужно восстановить способность к рефлексии — анализу прошлого. Без этого никак. Ведь будущее растет из прошлого, а сегодня — «только миг между прошлым и будущим». И даже этот миг без рефлексии не понять.
Это я говорю к тому, что сейчас мы не можем и не должны делать «научно обоснованные» прогнозы — любой краснобай их сейчас же зарубит, придравшись к чепухе, к «нарушению норм научности». Это такая же безотказная дубинка, какой раньше был диалектический материализм. Сейчас нам надо исходить из здравого смысла, из общеизвестного опыта и из чувства меры — на глаз. Эта грубая мера и грубые понятия все равно дадут результат пусть не очень точный, но верный — лучше, чем даст жулик с точными приборами и быстрыми компьютерами. Важен вектор, а не детали.