Евреи, Христианство, Россия

Расчет Витте на успокоение общества не оправдался. Петербург, Москва, Киев и ряд других городов находились в состоянии непрерывного митинга. Революционный напор был необычайно велик. Из-за границы приехали политэмигранты и слились в едином потоке с выпущенными по амнистии из тюрем политическими заключенными. Началась открытая продажа привезенных из-за границы русских нелегальных изданий — «Искры», «Революционной России» и других. Появилось много новых революционных газет, сатирических журналов с карикатурами на Царя, издаваемых в теперь уже легальных типографиях. Возросло влияние Советов рабочих депутатов. Петербургский Совет во главе с Хрусталевым-Носарем, а затем с Троцким являлся вторым правительством. Открыто проводились сборы денег на оружие, создавалась своя милиция и боевые дружины. Разложение перебросилось в армию и флот. Было отмечено 193 бунта. Серьезные беспорядки произошли в Преображенском полку, в частях Московского гарнизона, ряде флотских экипажей. Кровавые бунты имели место в Свеаборге, Кронштадте, Севастополе.
Второй крестьянский съезд подтвердил 6 — 10 ноября принцип национализации земли, после чего начались крестьянские волнения. Крестьяне жгли усадьбы помещиков, отбирали скот и инвентарь, делили долгожданную землю. Страну охватило революционное безумие. Витте был вынужден перейти к репрессиям. Если Петербургский совет был арестован практически бескровно, то события в Москве приняли трагический оборот. Четыре дня с 15 по 18 декабря 1905 г. Семеновский полк и некоторые части Московского гарнизона вели бои с вооруженными рабочими Пресни. Патронов не жалели. В конце концов генерал-губернатор Москвы Дубасов и командир Семеновского полка Мин оказались победителями. Крестьянские восстания в Симбирской, Курской, Черниговской и Саратовской губерниях были подавлены так же жестоко, как и в Прибалтике и Польше. В национальных окраинах России мятежи стимулировались, помимо нищеты, неумной политикой русификации, проводимой рьяными администраторами. Ненависть местного населения к чиновничеству часто распространялась на весь русский народ. Финляндия лишилась своего самоуправления, т. к. ее территория стала прибежищем террористов. Финская полиция до этого не просто отказывалась выдавать их России, но и арестовывала презжающих по делу русских полицейских. Подобная ситуация в 1992 — 1996 гг. имела место в мятежной Чечне. Из Маньчжурии возвращалась армия, сохранившая дисциплину и веру в монархию. Офицерский корпус боевых частей явился мощной поддержкой государственности России. Путь армии из Маньчжурии домой сопровождался разгоном самостийных комитетов и советов и восстановлением порядка. По всей стране шли аресты революционеров. Среди арестованных оказался Керенский А. Ф., возглавлявший боевую дружину эсеров в Александро-Невском районе Петербурга. Главный теоретик революции Ленин В. И. в это время отсиживался в уютной Женеве, развлекаясь склоками с политическими оппонентами и предоставляя другим умирать на баррикадах. В декабре 1905 г. в Петербурге было арестовано около 2000 человек. В Риге к арестованным применялись изощренные пытки, ставшие предметом обсуждения Второй Государственной Думы (76). Весной 1906 г. общее число арестованных и высланных составило 50000 человек (39). Такого количества репрессированных царская Россия еще не знала. Но эти цифры окажутся ничтожными по сравнению с репрессиями в большевистской России. И правые, и левые могли теперь подсчитать потери. Глава правых Пуришкевич В. М. заявлял, что количество раненых, искалеченных и убитых террористами в 1905 — 1907 гг. составляет 20000 человек (296). Либкнехт К., со ссылкой на официальные источники, докладывал, что в России в 1906 1910 гг. за политические преступления было репрессировано 37735 человек, осуждено на смертную казнь 5735 и казнено 3741 человек (274). Казни приводились в исполнение по приказу Царя в течение 48 часов после вынесения приговора. Цифры казненных не учитывают погибших на баррикадах, расстрелянных без суда и павших жертвами погромов.
22. ПРАВЫЙ ТЕРРОР
Царь и правительство искали поддержку в обществе против революционных сил. Либеральная интеллигенция в целом была настроена еще промонархически, но служить активно престолу уже не хотела и фрондировала. Шаляпин Ф. И. со сцены императорского театра под гром оваций пел революционные гимны. Писатель Л. Андреев предоставлял свою квартиру для тайных заседаний ЦК РСДРП(б). «Литературная цивилизация» ввязалась в политическую борьбу с самодержавием на стороне различных партий. Здесь и Блок, и Бальмонт, и Горький, и Мережковский, и Римский-Корсаков, и Репин. Писатели не чурались общаться с террористами: Мережковский с Савинковым, Белый с Валентиновым, Горький с Лениным. Революцию 1905 г. русская интеллигенция переживала как трагическое поражение. Герасимов пишет: «Тяжело признаваться, мне редко приходилось встречать людей, которые были бы готовы из убеждения, а не для извлечения материальных выгод оказывать нам активную поддержку в деле борьбы против революции. А революционеры, которые стремились не только свергнуть правительство Царя, но и решительно боролись против самих основ существующего строя, всюду встречали поддержку и сочувствие» (66).
Однако левый террор пробудил ответные силы, которые вошли в историю под именем «Черной сотни» — довольно неточного термина, охватывающего ряд крайне правых групп. Последнее и наиболее объективное исследование «Черной сотни» приведено в (150). Самой активной группой в «Черной сотне» был Союз Русского Народа (СРН), созданный в ноябре 1905 г. доктором Дубровиным, забросившим медицину ради политики. Благодаря чутью и энергии Дубровин сумел выйти на В. Кн. Николая Николаевича, а затем на Государя, благословившего Союз. Второй и весьма колоритной фигурой в СРН был бессарабский помещик, член II и III Государственной Думы В. М. Пуришкевич. Ярый враг парламентаризма, Пуришкевич скандальными выходками пытался дискредитировать Думу, взорвать ее изнутри. Атмосфера скандала сопровождала Пуришкевича вплоть до его смерти в 1920 г. Его выстрелами был добит Распутин Г. Е. Третьим лидером СРН был Марков 2-й, помещик Курской губернии, гордившийся внешним сходством с Петром I. Это был яркий думский оратор и радикальный антисемит, предрекавший полную гибель евреев, до последнего человека, тогда как Пуришкевич предлагал всего лишь выслать их на Колыму. Марков 2-й после революции 1917 г. перебрался в Германию и впоследствии служил там нацистам.