Евреи, Христианство, Россия

13. ОБЩЕСТВЕННОЕ СОЗНАНИЕ И ПАРТИИ В КАНУН ПЕРВОЙ РЕВОЛЮЦИИ
Советские историки, описывая общественные движения этого периода, всегда зацикливались на радикальных кружках типа «Народной воли», неонародничества или марксистских группках, представляя их лучом света в темном царстве. Фактически же влияние их до революции 1905 г., когда, собственно, появились первые контакты революционеров с рабочими, было ничтожным. Идеология основной массы русского народа и высших кругов ограничивалась православной религией, причем в умеренном звучании, и верой в доброго, справедливого царя. Такой идеологии соответствовала триединая формула, выдвинутая Союзом русского народа в 1905 г.: «Самодержавие, православие, народность». Церковь управлялась Святейшим Синодом, полностью подчиненным царю. Монархи защищали церковь от конкуренции с другими конфессиями, что приводило к застою и потере отдельными иерархами морального авторитета. Значительная часть интеллигенции к началу XX века утратила интерес к религии вообще. Негативные образы священников у Толстого в «Воскресении» и у Лескова в «Полунощниках», по-видимому, соответствовали таким настроениям. Патриархальный монархизм не имел и не нуждался в дополнительных опорах типа монархической партии. Поскольку церковных патриархов в России со времен царя Петра I не было, то вся устойчивость политической системы определялась только самодержавным монархом. Устранение привычной большинству русского народа монархии означало бы катаклизм вселенского масштаба, потрясение основ и смуту.
Это хорошо понимали умеренные либералы в земствах. Поэтому они занимались конкретными делами — боролись с бездействием бюрократии, с политикой Витте, изучали аграрные проблемы, помогали голодающим, подавали прошения на имя царя по различным вопросам, которые, чаще всего, отвергались. В 1902 г. состоялось совещание земских деятелей для обсуждения: нужд промышленности и сельского хозяйства, равенства в гражданских правах, развития образования, свободы прессы, расширения прав земств, создания совещательного совета земцев при Государе. Приближалось время, когда русская интеллигенция становилась «третьей силой», создавая профессиональные и культурные ассоциации демократической направленности: Комитет по развитию культуры, Вольное экономическое общество, Московское правовое общество и др. Постепенно создавалась легальная цепь политических организаций умеренных и не очень умеренных либералов. Либералы были противниками насилия и сторонниками конституционных реформ. Созданный за границей П. Б. Струве, а затем распространивший с 1904 г. свою деятельность на Россию «Союз освобождения» включал известных ученых — историка П. Н. Милюкова, философов С. Н. Булгакова, Н. А. Бердяева, деятелей земств и юристов.
Либералам противостояли по своему духу и методам группы социалистической направленности: социал-демократы, социалисты-революционеры и анархисты, превратившиеся в партии к 1905 г. Первые две группы исповедовали марксизм, хотя и в разных вариантах. Бациллы марксизма были завезены в Россию из Европы Плехановым Г. В. и Струве П. Б. в 90-х годах XIX века. Экономическая наука в приложении к устройству государства и общества с незапамятных времен интересовала людей. В бесчисленном ряду ученых этой отрасли знаний следует отметить Аристотеля, Ксенофонта, А. Смита, Д. Рикардо, А. Сен-Симона, Ш. Фурье, Р. Оуэна, П. Прудона, М. А. Бакунина. К. Маркс, помимо экономических расчетов, предложил рассматривать исторический процесс как борьбу классов. Классификация была заманчиво простой: рабовладельцы и рабы, феодалы и крепостные, буржуазия и пролетариат. Поскольку рабовладельцы и феодалы ушли в небытие, то, очевидно, пролетариат должен стать могильщиком буржуазии. Классификация не оперировала личностью, отдельным индивидуумом. Пусть там Ламарк и Кювье громоздят друг на друга свои виды, семейства, отряды, классы и т. д. С человеческим родом можно обойтись попроще! Поскольку класс буржуазии в исторической перспективе все равно исчезнет, то нет смысла уточнять границы этого множества. После Октябрьского переворота 1917 г. большевики приступят к планомерному уничтожению буржуазии, последовательно включая в этот класс: императорскую семью, вооруженные силы, полицию, правящую элиту, культурный класс, аристократию низов — зажиточных крестьян, квалифицированных рабочих, казаков, любые прочие группы населения, признаваемые по какому-либо признаку опасными.
Классификация Марксом рода человеческого не была первой, и не была точной. В Древнем Риме свободные граждане делились по имущественному признаку на 5 групп, а шестой группой, называемой proles, были граждане, имущество которых состояло лишь из их детей. Самая точная классификация людей в любой стране известна лишь налоговым инспекторам. Любой, самый тупой налоговый инспектор знает, что уничтожить банкира — это все равно, что уничтожить курицу, несущую золотые яйца. В своем намерении уничтожить буржуазию марксисты противоречили одному из своих любимых диалектических законов — закону единства и борьбы противоположностей. Если борьба на уничтожение, то к чему еще единство? Помимо борьбы классов общество нуждается также и в сотрудничестве классов. Это неизбежно, и это исторический факт. Марксисты в течение десятков лет с гордостью именовали свою теорию «научным» социализмом (коммунизмом) в противовес «утопическому» социализму Сен-Симона, Фурье и Оуэна. Они преподавали «научный коммунизм» в высших учебных заведениях так, что в учебных планах инженерных специальностей весь этот букет дисциплин занимал 25 % учебного времени, а для гуманитарных специальностей и того более.