Евреи, Христианство, Россия

Через год 6 июня 1867 г. прозвучал второй выстрел. Царь ехал по Булонскому лесу в карете с детьми и с Наполеоном III, у которого он пребывал в гостях. Стрелял поляк Березовский, к счастью, мимо. Императрица Евгения, рыдая, умоляла Александра II погостить во Франции еще хоть немного. Но визит был испорчен, и Царь вернулся в Россию. Будучи смелым человеком и охотником, много раз ходившим на медведя, он вдруг почувствовал себя мишенью каких-то непонятных злых сил.
После нескольких лет затишья охота возобновилась. За эти годы в России создались террористическая партия «Народная воля» и партия социалистов-революционеров. Зимой 1878 г. экзальтированная девица В. И. Засулич стреляла в петербургского градоначальника Трепова Ф. Ф. Суд присяжных под председательством Кони А. Ф. ее оправдал, а толпа обезумевших студентов в восторге демонстрировала по этому поводу на Невском проспекте. В августе того же года Кравчинский С. М. убивает шефа жандармов Мезенцева Н. В.
2 апреля 1879 г. Александр Николаевич, совершая утреннюю прогулку, опять становится охотничьей дичью. В него выпускает пять пуль с расстояния 8 шагов тридцатилетний студент-недоучка А. Соловьев, возмущенный, как он записал при допросе, социальной несправедливостью, неработающий, атеист, проведший последнюю ночь перед покушением у проститутки. 60-летнему Царю пришлось пробежаться под огнем, меняя галсы так, что ни одна пуля не попала в цель.
Осенью 1879 г. террористы из «Народной воли» подготовили два взрыва на железной дороге по пути предполагаемого следования Государя. Мина первой группы террористов (в составе Фроленко, Лебедева, Кибальчича и Желябова) не взорвалась по причине плохих запалов. Мина второй группы террористов — Михайлова, Перовской, Гартмана, Исаева и Ширяева — пустила под откос поезд свиты Государя, но сам Царь с семьей, ехавший другим составом, не пострадал. Александр Николаевич чувствовал себя в западне, и круг охотников сжимался все теснее.
5 февраля 1880 г. в апартаментах царской семьи в Зимнем дворце раздался страшный взрыв, унесший 8 жизней солдат и ранивший 45 человек. Взорвались три пуда динамита, принесенного во дворец истопником С. Халтуриным. Именем этого убийцы большевики именовали Миллионную улицу до 1991 г. Царь, опоздавший к обеду, опять уцелел. Терроризм и панический страх, как чума, расползались по Петербургу и городам России. Правительство отвечало репрессиями. Подпольная Россия рассыпалась прокламациями.
Первую скрипку в правительстве Александра II в этот период начинает играть гр. Лорис-Меликов М. Т., покоритель Карса, умный политик армянского происхождения. Он возглавил «верховную распорядительную комиссию» с обширными полномочиями для подавления террора и восстановления равновесия между властью и обществом. Лорис-Меликовым была подготовлена конституционная реформа, согласно которой представители земств привлекались к работе Государственного совета. Александр Николаевич называл ее «указом о созыве нотаблей», намекая на судьбу Людовика XVI.
28 февраля 1881 г. был арестован Желябов А. И., глава «Народной воли». Оставшиеся члены Исполкома партии — Перовская С. Л., Михайлов Т. М., Кибальчич Н. И., Рысаков Н. И., Гельфман Г. М., Гриневицкий И. И., Фигнер В. Н. и Фроленко М. Ф. ускорили охоту на Царя — минный подкоп на Малой Садовой, наружное наблюдение за маршрутом следования, изготовление бомб. 1 марта 1881 г. Александр II подписал «Конституцию» Лорис-Меликова и отправился на развод в манеж. Он миновал Малую Садовую, где его ждала мина, но не миновал двух метальщиков бомб, двух камикадзе, расставленных Перовской по Екатерининскому каналу. Первая бомба, брошенная Рысаковым, убила ребенка и двух казаков эскорта. Когда чудом уцелевший Царь подошел к убитым, раздался взрыв второй бомбы, брошенной Гриневицким себе под ноги. Погибли оба.
Цареубийц судил особый комитет Сената под председательством Фукса и опекой министра юстиции Набокова. Подсудимые Желябов, Перовская, Кибальчич, Гельфман, Михайлов и Рысаков были приговорены к смертной казни. Беременной Гесе Гельфман, первой в истории России еврейке-террористке, смертная казнь была заменена каторжными работами, где она и скончалась после родов. Советские историки дали в высшей степени хвалебную оценку действиям народовольцев, именами которых были названы улицы во многих городах России. Посмотрим, что сказал о них умнейший человек граф Лорис-Меликов в своей записке наследнику престола: «Я коснулся этих явлений, так как они приводят к прискорбному заключению, что на исцеление людей, заразившихся социальными идеями, не только трудно, но и невозможно рассчитывать. Фанатизм их превосходит всякое вероятие; ложные учения, которыми они проникнуты, возведены у них в верования, способные довести их до полного самопожертвования и даже до своего рода мученичества». Россия сделала серьезную заявку стать первой террористической державой мира.
Либеральная же интеллигенция горячо обсуждала волнующий ее вопрос: по-христиански ли будет казнить террористов или лучше будет их помиловать? Ибо только духовная сила Христовой истины может победить силу зла и разрушения. Речь на эту тему профессора Соловьева В. С., сына известного историка, призывающая к всепрощению, вызвала шквал аплодисментов. Духовный наставник России Л. Н. Толстой в письме к Александру III просил простить не только цареубийц, но и всех государственных преступников. В дневнике А. С. Суворина отмечена беседа с Ф. М. Достоевским, согласно которой Достоевский, несмотря на отвращение к террору, не стал бы предупреждать власти о готовящемся покушении. И. С. Тургенев в известном рассказе называет революционерку святой. Таково было умонастроение самых уважаемых за нравственные качества людей России, ее духовных лидеров. Их беспринципное отношение к террору во многом повлияло на психологический климат русского общества конца XIX начала XX века. В сущности, они благословили наступление вседозволенности.