Евреи, Христианство, Россия

Этот и другие метастазы коммунизма с националистическим или еще каким-либо лицом возможны в России. Название лица придумают безработные идеологи-ленинцы типа Безверхого. Однако в долгосрочном аспекте возврат коммунизма маловероятен хотя бы потому, что он (коммунизм) не имеет хождения среди молодежи. Да и русский народ в целом, почувствовав вкус свободы и демократии, выработал в себе иммунитет к прельстительным теориям и разного рода «сияющим вершинам».
Пугают евреев и фашистские группы со злобными и малограмотными фюрерами. По невежеству своему они приняли «Майн Кампф» за истину, не озаботясь тем, что Гитлер утверждал неполноценность славянской расы. Когда фюреры поумнеют, то поймут две вещи. Во-первых, то, что им придется опровергать Гитлера и его ученых, проводивших «научные» обмеры черепов русских военнопленных. Это неизбежно вынудит их проводить обмеры немецких черепов и доказывать свое расовое превосходство. Иначе настоящего фашизма не получится. Во-вторых, то, что избыток энергии лучше направлять не на борьбу с мировым сионизмом, а на что-нибудь конструктивное и осязаемое. История показала, что «тысячелетние» империи и рейхи, чрезмерно увлекавшиеся такой борьбой, в конечном итоге увязали в кризисах и погибали, тогда как страны нейтральные к евреям здравствовали и процветали. Русские цари и генсеки, своей неумной политикой выгнавшие евреев в Америку, сделали эту страну тем, чем она в настоящее время является сверхдержавой и законодателем планеты.
Но думают русские евреи не столько о коммунистах и фашистах, сколько о том, что русский человек им ближе и роднее, чем, например, эфиопский еврей, с которым придется жить по соседству в Израиле в окружении беснующихся арабов. Слишком много вместе с русскими водки выпито, соли съедено и песен перепето, чтобы бросить Россию в трудный час и ехать на историческую родину. К таким евреям, собственно, и обращена эта книга. Трудный опыт сосуществования русских и евреев имеет много положительного для обеих наций. Гораздо больше, чем отрицательного, о чем твердят русские и еврейские националисты. О русско-еврейском симбиозе в науке и культуре говорилось выше. Все понимают, что государственный антисемитизм исчез, но остался антисемитизм бытовой. Поскольку он вечен, то евреи к нему привыкли, как к дождливой петербургской погоде, и смотрят на него спокойно. Антисемитская риторика в красно-коричневой прессе всем надоела и стала стихать, а каких-либо акций антисемитской направленности в последние годы не наблюдалось.
Вопрос заключается в том, как использовать исторический опыт для мирного вхождения в третье тысячелетие в духе пророчеств Исайи и заповедей Христа? Как обновить русско-еврейские отношения и поднять диалог на высшую ступень? От этого зависит не только межэтнический дух, но и, благодаря влиянию еврейской диаспоры, межгосударственный климат. Межгосударственный климат делается политиками, однако допускать политиков к межэтническим отношениям опасно из-за их амбиций и вечного стремления к личной или партийной выгоде. По этой причине политики могут извратить и погубить любую благородную идею. Так было, например, с идеей социальной справедливости, попавшей в руки экстремистов, невежд и людей с так называемой «классовой моралью», т. е. без морали вообще. К сожалению, среди этих уродов было много евреев.
Говоря об историческом опыте, следует иметь в виду как сотрудничество, так и межэтнические трения, конфликты и права наций. Многих конфликтов можно было бы избежать или преуменьшить их последствия, если бы существовал внегосударственный национальный Совет Совести каждой этнической группы, авторитетный в вопросах этики и морали. Его вердикт, в случае возникающих межэтнических и внутриэтнических коллизий, относился бы лишь к членам данной этнической группы, признавался бы ею как выражение нравственного порядка. Совет Совести уравновешивал бы партии и группы политиков-националистов, которые всегда являлись спусковым механизмом конфликтов, злобно «качали права» своей нации и звали к джихаду. Нравственные авторитеты есть у каждого народа. Даже будучи одиночками, не объединенными ни в какие советы, Сахаров А. Д. и Солженицын А. И. оказывали мощное влияние на умы людей и, в конечном итоге, на политику. Предлагаемый автором Совет Совести объединял бы нескольких людей такого калибра для разработки рекомендаций по проблемам, не подпадающим под юрисдикцию действующих законов и структур, по проблемам духа этноса. В перечень таких проблем можно было бы включить отношение этноса к конкретным историческим событиям, поведенческие реакции на другие этносы, поддержание и коррекцию заповедей религиозного и светского характера и т. д. Из этого следует, что Совет Совести не должен подменять собой политическую партию, Совет безопасности, Верховный или Конституционный суд, религиозные и другие подобные структуры.
Для мирного вхождения в третье тысячелетие Совет Совести каждого этноса мог бы объявить, как минимум, акцию покаяния за грехи прошлых веков по отношению к соседним этносам. Это должен сделать и Совет Совести русских евреев за буйства своих сынов в годы большевизма. Антисемитов от этого в России не убавится, но совесть народа станет чище, а опыт — мудрее. Покаяние — важная и полезная для духа человека процедура, издревле применяемая людьми, а в последнее время и политиками. Канцлеры Германии К. Аденауэр и В. Брандт от имени немецкого народа просили евреев простить немцев за совершенные злодеяния. Нет нужды говорить, что за злодеяния ГУЛАГа несут ответственность преступная ленинская партия и «меч диктатуры пролетариата» — НКВД. Но поскольку в этой партии и в этом НКВД было не один и не два, а много евреев, то преступления их замарали еврейский народ в целом. И то, что евреи сами стали жертвой сталинских беззаконий, ничего при этом не меняет. И дело совести каждого народа русского, украинского, латышского, еврейского и т. д. — решать вопрос о своей вине, или, точнее, о части своей вины перед другими этносами за участие своих преступных сынов в этом самом ГУЛАГе и во взаимных геноцидах. А так как коммунистические партии Зюганова, Тюлькина, Анпилова и других вождей каяться не хотят, то пусть каются отдельные совестливые лица либо отдельные совестливые народы друг перед другом за беды, причиненные друг другу. А если и они каяться не захотят, то жить нам с этим ГУЛАГом, Освенцимом и геноцидом и в третьем тысячелетии.