Евреи, Христианство, Россия

Гласность сначала опьяняла народ, затем стала привычной, а вскоре раздражающей, подтверждая тем самым выполнение первого этапа реформ Горбачева.
В экономической области успехи Генсека были скромными. Ускорения не получилось и рыночной экономики тоже. Более того, к концу семилетнего правления Горбачева экономическое положение стало катастрофическим, а уровень жизни населения резко снизился, подорвав доверие к реформам и центральной власти. Принятый 30 июля 1987 г. «Закон о государственном предприятии» имел целью расширить самостоятельность заводов, перевести их на хозрасчет и самофинансирование. Он допускал также установление прямых «горизонтальных» связей между предприятиями и собственное планирование без участия Госплана и Госснаба. Этот закон, как и реформы Хрущева, встретил яростное сопротивление центральной и региональной бюрократии, которые сначала его выхолостили, а затем похоронили. Закон не сопровождался реформой материального снабжения и ценообразования. Власти боялись тронуть сложившуюся единую для всей страны систему цен, позволявшую отраслевым чиновникам получать премии и привилегии. Последние создавались сложным комплексом субсидий, гарантированным сбытом, множественными перепродажами, связанными с дефицитом и теневой экономикой. Ценообразование и централизованное снабжение стали «узким» местом реформы госпредприятий. Государство оставалось по-прежнему главным заказчиком, поставщиком и приемщиком продукции. Все сопровождалось шумихой и ростом новой бюрократии в недрах Госприемки. К концу 80-х годов сократилась добыча нефти и иссякли «нефтедоллары», подпитывающие торговлю.
Генсек Горбачев двумя законами от 19.11.1986 г. и 26.05.1988 г. легализовал частную предпринимательскую деятельность, как индивидуальную, так и кооперативную, разрешив ей около 30 видов товаров и услуг. Первоначальный подоходный налог с частников составлял 65 %, но был снижен до 35 % заработка. К весне 1991 г. в кооперативном секторе работали свыше 7 млн. человек, а 1 млн. человек взяли патент на индивидуальную трудовую деятельность. Из-за сложностей снабжения, всеобщего дефицита и мздоимства властей цены в кооперативных ресторанах оказались на порядок выше, чем в государственных. Власти изощрялись в травле кооператоров, подрывающих устои социалистического общества, а общество, привыкшее к государственной опеке и бездействию, требовало от властей защиты от «спекулянтов, хапуг и толстосумов». Все же кооперативы выжили, но были трансформированы в «малые предприятия», «товарищества», «арендные предприятия» и т. д. Первые три года жизни малые предприятия имели льготное налогообложение. Они вобрали в себя наиболее предприимчивую часть населения и, естественно, жуликов, отмывающих «грязные» деньги.
Директора государственных предприятий немедленно и поголовно организовали на своих заводах частные малые предприятия, обеспечив их всем необходимым в ущерб основному производству, и стали там «делать деньги». Государственные предприятия задыхались от дефицита и вынуждены были перейти к бартерному обмену. Из-за общей экономической неустойчивости, частой смены законов и налогов предприниматели искали мгновенной спекулятивной выгоды и не вкладывали средств в свое производство. Руководители крупных производств, начальники главков через свои малые предприятия, подставные фирмы, а иногда открыто занимались торговлей дефицитом, например, водкой. «Утром купил вагон водки, вечером продал вагон водки», разъяснял мне свою стратегию известный тюменский строитель. После антиалкогольной кампании Горбачева были вырублены ценнейшие виноградники, исчезли вина, и народ пил только водку, которой тоже не хватало.
Ни одно из начинаний Горбачева в экономике не дало задуманных им результатов, если не считать появления класса предпринимателей и подпольных миллиардеров. Впрочем, ни те, ни другие не входили в первоначальные планы Горбачева. Полки магазинов в 1990 — 91 гг. были пусты. Государственные товары припрятывались на оптовых базах и шли по спекулятивным ценам в частную торговлю. Государственный сектор торговли умирал.
Много сил Генсек Горбачев положил на демократизацию жизни общества и родной ленинской партии, чтобы вернуть ей утраченный авторитет. Он рассчитывал пробудить в КПСС здоровые силы, сплотить их вокруг себя и одолеть консерваторов. В сентябре 1986 г. был освобожден из ссылки Сахаров А. Д., а вскоре и другие диссиденты — из тюрем, лагерей и психушек. На январском Пленуме 1987 г. были приняты решения: об альтернативных выборах в партийные органы, о тайном голосовании, о выборах кандидатов на предприятиях, о советах трудовых коллективов на производстве. Власти откликнулись на горбачевские нововведения, как всегда, обструкцией и подтасовкой результатов на ближайших выборах в местные советы 1987 г. Массы, со своей стороны, отнеслись к новинкам скептически и пассивно, но к весенним выборам в Верховный Совет 1989 г. активность народа стала чрезвычайной.
На XIX партконференции (28 июня — 1 июля 1988 г.) Горбачев предложил конституционную реформу, принятую затем Верховным Советом в октябре 1988 г. Теперь взамен декоративного парламента, собиравшегося на 2 — 3 дня для штамповки партийных решений, съездом народных депутатов СССР избирался постоянно действующий Верховный Совет из 544 депутатов. При этом съезд народных депутатов, насчитывающий 2250 делегатов, избирался на 5 лет по схеме: 1500 делегатов — от населения по альтернативным спискам кандидатов в каждом округе, 750 делегатов — от КПСС (100 чел.), ВЛКСМ (100 чел.), ВЦСПС (100 чел.) и других общественных организаций. Сам Горбачев, избранный 15 марта 1990 г. делегатами съезда первым Президентом СССР с обширными полномочиями, дистанцировался над Политбюро, оказывавшим ему сопротивление в смелых реформах.