Евреи, Христианство, Россия

Личный друг Брежнева, босс Краснодарского края Медунов придал взяткам во вверенной ему вотчине официальный статус. Взятки платились за все: за номер в гостинице, поступление в вуз, прием в ленинскую партию, повышение по службе и т. д. Большую часть взятки низший чиновник передавал высшему. Эти ручейки денег стекались в реку и шли к Медунову, а частично в Москву.
Министерство внутренних дел, прокуратура и суды были разъедены коррупцией, как ржавчиной. Прокуратура и суды реагировали, в основном, на звонки из партийных органов. К этому приучила их партия коммунистов. Никто не смел поднять голос против проворовавшихся вождей. Партийные боссы национальных республик легко приспособили коммунизм к феодальным и родовым обычаям. Они имели все: дворцы и частные тюрьмы, могли казнить и миловать сограждан по своему капризу или расчету. Закон безмолвствовал.
На фоне общего воровства относительную непорочность сохранял КГБ, возглавляемый Андроповым Ю. В. (1967 — 1982 гг.). То, что известно об Андропове (9), позволяет считать его честным в денежном отношении человеком, интеллектуалом, преданным коммунистической идее, сторонником железной дисциплины. Он располагал, по долгу службы, полной информацией о «шалостях» боссов всех уровней, но возможности пресечь их были ограничены даже у шефа тайной полиции, т. к. «рыба гнила с головы», т. е. с Политбюро. Единственное, что ему удалось — это отстранить самых вороватых вождей национальных окраин СССР, в частности, Ахундова, Мжаванадзе, Рашидова, Усманходжаева. На их места Андропов продвинул генералов КГБ Алиева в Азербайджане, Шеварнадзе в Грузии, Ниязова в Туркмении, Каримова в Узбекистане. Эти генералы и сейчас правят там бал. С воровством в провинциях наступило временное затишье, чего нельзя сказать о первопрестольной Москве и МГК, ставших главными рассадниками казнокрадства. МГК возглавлял член Политбюро Гришин В. В.
Колоссальное разбазаривание казны шло по двум направлениям: на содержание компартий Запада и подкормку стран-сателлитов и друзей СССР — Кубы, Вьетнама, Сирии, Ирака, Эфиопии, Северной Кореи, Монголии, Индии, Афганистана, Алжира, Анголы. За последние годы правления Брежнева в эти страны ушло 85, 8 млрд. долларов без всяких политических и финансовых дивидендов. Один «остров Свободы» с его знаменитым репрессивным режимом Кастро стоил СССР 18 млрд. долларов. Деньги в валюте, отпущенные ЦК КПСС компартиям капстран, шли на личные счета боссов компартий, приобретение недвижимости, акций и пополняли счета партийных фюреров нашей страны. Ежегодное содержание одной только Французской компартии обходилось Союзу в 2 млн. долларов, а хронически убыточная газета «Юманите» стоила с 1978 по 1985 гг. 14480000 франков.
Долги Западу под собственные кредиты и кредиты соцстран, в которых СССР выступал гарантом, составляли около 70 миллиардов долларов. С тоской вспоминая о них, Леонид Ильич рассуждал: «Если долги будут требовать вернуть, то хоть войну начинай. Другого выхода нет».
Значительно больших успехов, чем в борьбе с жуликоватыми партайгеноссен, трио Брежнев-Суслов-Андропов достигло в расправе с диссидентами. Новое Политбюро решило сразу «подкрутить гайки» и припугнуть с профилактической целью творческую интеллигенцию. В феврале 1966 г. состоялся первый из открытых политических процессов после сталинского периода процесс над писателями А. Синявским и Ю. Даниэлем, опубликовавшими за границей свои произведения, «порочащие советский государственный и общественный строй». Писателей приговорили к нескольким годам лагерей по статье 70 хрущевского Уголовного кодекса. В отличие от «дела» Пастернака «дело» Синявского и Даниэля вызвало робкий протест интеллигенции. 63 члена Союза писателей и 200 других представителей интеллигенции обратились с письмом к XXIII съезду КПСС и Президиуму ВС СССР, требуя освободить Синявского и Даниэля. Несмотря на это, последовали новые аресты диссидентов: автора «Белой книги» А. Гинзбурга, П. Литвинова, редактора самиздатовского журнала «Феникс» Ю. Галанскова, автора книги о лагерной жизни «Мое свидетельство» А. Марченко. В 1968 г. стал выходить раз в 2 3 месяца диссидентский журнал «Хроника текущих событий», посвященный репрессиям властей и правам человека. События в Чехословакии вызвали демонстрацию протеста на Красной площади 8 смельчаков и волну репрессий. Редакция журнала была разгромлена, и впоследствии журнал стал эпизодическим.
Суслов, шеф «конгрегации марксистской веры», после чехословацких событий резко усилил пропагандистский нажим на интеллигенцию. В учебных, научно-исследовательских и проектных институтах, в редакциях и издательствах, во всех отделах производств, где работали ИТР, ввели обязательные еженедельные политзанятия. Они посвящались политике партии в связи с происками империализма и сионизма. Квалификация лекторов была разная. Лично мне приходилось слышать такие перлы: «Король Хуссейн летчик, но его жена — англичанка», «Албания, хлопнув дверью, ушла к Китаю» и т. д. В вузах увеличился объем идеологических марксистских дисциплин до 25 % общей учебной нагрузки. Пропаганда была навязчивой, примитивной и уважения к КПСС не вызывала. Зато порождала «в широких массах трудящихся» образ врага-сиониста, ищущего гибели СССР.
Созданное диссидентами в начале 70-х годов «Демократическое движение» имело 3 основных течения. Первое течение стремилось к восстановлению «подлинного марксизма-ленинизма» (братья Рой и Жорес Медведевы). Второе течение — христианское с традиционными ценностями славянофилов (Солженицын А. И.). Третье течение — широкий либерализм (Сахаров А. Д.). Благодаря деятельности Солженицына и Сахарова диссидентство перешагнуло рубеж «социалистической Родины» и нашло поддержку у западной демократии.