Евреи, Христианство, Россия

Самым главным политическим событием «эры Хрущева» был XX съезд КПСС (14 — 25 февраля 1956 г.), на котором Первый Секретарь выступил с разоблачением преступлений Сталина. До сих пор неясны психологические мотивы, толкнувшие Хрущева на этот шаг. Здесь была смесь политического расчета, душевного порыва и воспоминаний об унизительном страхе прошлых лет. Открывая съезд, Хрущев предложил почтить вставанием память Сталина, Готвальда и Токуда. Это была дань традиции и дань Президиуму ЦК, отвергнувшему предложения Хрущева включить в Отчетный доклад раздел о культе личности Сталина и пригласить на съезд реабилитированных коммунистов. О них Каганович сказал: «Ты предлагаешь, чтобы бывшие каторжники судили нас». В конце работы съезда Хрущев заявил Президиуму ЦК, что прочтет доклад о культе личности Сталина от своего имени, как простой делегат. В результате компромисса доклад Хрущева был прочитан от имени ЦК, но после выборов руководящих органов, т. к. сталинисты опасались реакции делегатов и того, что их не изберут в ЦК. Со стороны Хрущева это был рискованный шаг, поскольку его враги оставались в Президиуме, делегаты съезда сделали карьеру в период «культа личности», а он сам нес ответственность за репрессии прошлых лет. Доклад считался секретным и зачитывался в ночь с 24 на 25 февраля. Делегаты были в шоке, услышав о «завещании» Ленина, преступлениях «вождя и учителя», сфабрикованных им заговорах, его военной некомпетентности, приведшей к катастрофе 1941 — 42 гг., и других деяниях «наследника и гениального продолжателя дела Ленина». Доклад Хрущева был выборочным, неполным и сумбурным. Жертвами «культа личности» назывались только члены партии, а не народ. Умалчивался ключевой вопрос об ответственности преступной партии перед обществом. Говорилось об отклонениях от «ленинских норм жизни», идеализируя эти нормы и умалчивая о терроре в России, отцом которого был Ленин. Из числа преступлений выбрасывались коллективизация, голод 1932 — 33 гг., миллионы уничтоженных в лагерях людей.
Несмотря на это, разоблачение культа личности Сталина явилось водоразделом жизни страны, началом отхода от ужасов большевизма. Реабилитация жертв репрессий приняла массовый характер. Если в 1953 — 1955 гг. возвращались из лагерей не более 10 тыс. человек в год, то к концу лета 1956 г. вышло на свободу несколько миллионов человек, в первую очередь, разумеется, члены славной ленинской партии.
Хрущев одержал на XX съезде неполную, но важную победу. В ЦК вошло много его сторонников. Новыми членами Президиума ЦК стали А. Кириченко и М. А. Суслов, кандидатами в члены Президиума Л. И. Брежнев, Г. К. Жуков, Н. Мухитдинов, Е. А. Фурцева, Н. М. Шверник, Д. Шепилов. Секретари ЦК Брежнев, Жуков, Фурцева, Шепилов поддерживали Первого Секретаря.
Весь следующий год в Президиуме ЦК зрел заговор против Хрущева. Воспользовавшись его поездкой в Финляндию, 7 из 11 членов Президиума — Булганин, Ворошилов, Каганович, Маленков, Молотов, Первухин и Сабуров потребовали 18 июня 1957 г. отставки Хрущева. Оставшись в меньшинстве, Хрущев добился от заговорщиков созыва Пленума ЦК. Жуков на военных самолетах привез в Москву секретарей обкомов — членов ЦК, обязанных своим положением Хрущеву. 22 июня 1957 г. состоялся Пленум ЦК, осудивший «фракционную деятельность антипартийной группы» — Молотова, Кагановича, Маленкова, «примкнувшего к ним Шепилова», а также Сабурова и Первухина. Первые четверо из списка были исключены из Президиума и ЦК КПСС, Сабуров выведен из Президиума ЦК, а Первухин понижен до чина кандидата в члены Президиума. В расширенный до 15 членов Президиум ЦК вошли сторонники Хрущева — Жуков, Брежнев, Шверник, Фурцева, Аристов и Беляев.
За помощь, оказанную ему Жуковым, Хрущев отплатил черной неблагодарностью. Дождавшись поездки маршала за границу, Хрущев на Президиуме ЦК поставил вопрос о «культе личности Жукова и его склонности к авантюризму, открывающему путь к бонапартизму». В конце октября 1957 г. Г. К. Жуков был выведен из Президиума и ЦК партии. Это была его вторая и последняя опала. Министром обороны стал Малиновский Р. Я. В марте 1958 г. Хрущев отстранил Булганина с поста главы правительства, сам став премьер-министром. С этого времени никто не мешал ему творить реформы.
Отношения Первого Секретаря с творческой интеллигенцией прошли через период взлета, названного «оттепелью», и закончились разочарованием обеих сторон. Замордованная «ждановщиной» интеллигенция после XX съезда КПСС попыталась поднять голову и творить по велению сердца и свободного духа. Были опубликованы прекрасные честные романы, поэмы, очерки М. Дудинцева, А. Солженицына, И. Эренбурга, А. Твардовского, Ф. Абрамова. Появилась плеяда молодых поэтов: А. Вознесенский, Е. Евтушенко, Б. Окуджава, Б. Слуцкий, А. Галич и др. Эти представители либеральной интеллигенции обратились к запретным темам сталинских репрессий и антисемитизма. В частности, об антисемитизме в СССР говорил И. Эренбург в январе 1961 г. при вручении ему Ленинской премии, а Е. Евтушенко опубликовал 19 сентября 1961 г. в «Литературной газете» поэму «Бабий яр».
Начали выходить в свет новые журналы: «Юность», «Москва», «Наш современник», «Молодая гвардия». «Оттепель» длилась недолго и закончилась позорным «делом Пастернака», опубликовавшего за границей роман «Доктор Живаго». В травле не погнушался принять участие Хрущев. Здесь отличились многие, в том числе Союз Советских писателей во главе с Сурковым, Ленинский комсомол во главе с Семичастным, Л. Соболев, Д. Заславский, ряд известных советских писателей, какие-то доярки и токари. Союз писателей рукоплескал Семичастному, грубо оскорбившему Пастернака. Затравленный и исключенный 27 октября 1958 г. из Союза писателей, Пастернак был вынужден публично отказаться от Нобелевской премии и вскоре скончался.