Давний спор славян. Россия. Польша. Литва

В мае 1596 г. Жолкевский, получив подкрепление, осадил лагерь повстанцев в урочище Солоница, недалеко от Лубен. Казаки с трех сторон укрепили лагерь возами, поставленными в четыре пять рядов, обнесли его рвом и высоким валом. С четвертой стороны к лагерю прилегало непроходимое болото. В нескольких местах лагеря были построены срубы, заполненные землей, на них казаки поставили около 30 пушек.
Жолкевский, имевший 5 тысяч одних только жолнеров, не считая шляхетских отрядов и магнатских команд, не решился на штурм. Он понимал, что имеет дело с людьми, по его же словам, отважными, принявшими «в своем положении» решение сражаться насмерть. И вместо штурма поляки подкупили нескольких предателей, которые в ночь на 24 мая схватили Наливайко и Шаулу и выдали полякам. Они же и пропустили поляков в лагерь. Началась страшная резня, паны и жолнеры убивали всех, кто попадался под руку. Очевидец И. Вельский писал, что «на протяжении мили или больше труп лежал на трупе, ибо всего в лагере с чернью и с женами их было до десяти тысяч».
Наливайко был привезен в Варшаву, где 11 апреля 1597 г., после долгих недель пыток, его казнили.
Так закончился XVI в. Польша и Литва вступили при Сигизмунде ІІІ в новую эпоху. Сигизмунд ухитрился насмерть поссориться со шведами, а через несколько лет он на много столетий поссорит поляков с Россией.
Внутри страны король объявил войну православной церкви и казакам. Если раньше между русскими, литовцами и ляхами шли споры за различные привилегии, то теперь вопрос стоял по другому — быть или не быть православной вере, русскому языку и вообще русским людям. У них оставалось три выхода: погибнуть, ополячиться или сломать шею Речи Посполитой.
Одним из указов Сигизмунда ІІІ Польша получила новый герб. По краям он обрамлен гербами земель, входивших в состав Речи Посполитой. Среди них Великая Польша, Малая Польша, Литва — это понятно; но затем идут Швеция, Россия — причем не кусками, а целиком, — Померания, Пруссия, Молдавия, Валахия и т. д. Боюсь, сейчас какой нибудь либерал образованец вступится за бедную Польшу — мол, мало ли какой то король в конце XVI века на что то претендовал; мол, Жириновский тоже хотел мыть сапоги в Индийском океане, но разве это повод обвинять в агрессивности Россию?
Отвечаю. Пример с Жириновским — передергивание карт, с ним все ясно. А вот претензии Сигизмунда стали идеологией панства на пятьсот с лишним лет. Итак, Польша должна была стать сильнейшим государством не только Европы, но и всего мира.

РАЗДЕЛ II
ВЕЛИКИЕ СМУТЫ XVII в

Глава 1
ТАЙНА ЮРИЯ ОТРЕПЬЕВА

Главным действующим лицом страшной драмы, потрясшей Русское государство, стал не Борис Годунов, якобы доведший страну до кризиса, не бояре, затаившие на него злобу, и тем более не чудовский чернец Григорий, а ляхи.
Предположим, что Отрепьев бежал бы не на запад, а на север, к шведам, или на юг, к турецкому султану или персидскому шаху, — в любом случае он стал бы лишь мелкой разменной монетой в политической игре правителей означенных стран. В худшем случае Отрепьев был бы выдан Годунову и кончил жизнь в Москве на колу, в лучшем — жил бы припеваючи во дворце или замке под крепким караулом и периодически вытаскивался бы на свет божий, дабы немного пошантажировать московитов.
Именно поляки устроили разорение государства Российского, сопоставимое разве что с нашествием Батыя. В советских учебниках истории все объяснялось просто и ясно. В XIV-XV вв. польско литовские феодалы захватили западные и юго западные русские земли, а в 1605 г. устроили интервенцию в Московскую Русь, взяв с собой за компанию шведов. Увы, эта версия годилась лишь для школьников, думавших не столько о Смутном времени, сколько о времени, оставшемся до перемены. Анализа причин «польско шведской интервенции» советская историография дать не сумела.
6 января 1598 г. умер бездетный царь Федор Иоаннович, и с ним пресеклась династия Рюриковичей, точнее, ее ветвь, шедшая от Даниила Московского. Московские правители Василий II, Иван ІІІ, Василий ІІІ и Иван IV, приходя к власти, по восточному обычаю убивали всех своих родственников мужского пола, а их жен и дочерей в лучшем случае отправляли в монастырь. Таким образом, в России не осталось ни одного потомка Василия II, который мог бы претендовать на престол.
Судя по всему, перед смертью Федор не назвал имя своего преемника, но в официальных грамотах было сказано: «После себя великий государь оставил свою благоверную великую государыню Ирину Федоровну на всех своих великих государствах». Кстати, такие прецеденты бывали в русской истории — вспомним правление Елены Глинской, вдовы Василия ІІІ.
Сразу же после смерти мужа Ирина стала издавать от своего имени указы (в XIV-XVI вв. московские правители сами не подписывали указов, а писец ставил их имена и государственную печать). Первым же указом она провела всеобщую полную амнистию, повелев без промедления выпустить из тюрем всех опальных изменников, воров, разбойников и т. д.
Патриарх Иов разослал по всем епархиям приказ целовать крест царице. В пространном тексте присяги содержалась клятва верности патриарху Иову, православной вере, царице Ирине, правителю Борису Годунову и его детям.
1 сентября 1598 г., на Новый год, Борис Годунов (ок. 1552-1605) венчался на царство. Серьезных конкурентов у него в тот момент не было.
Еще в начале царствования Федора Иоанновича вся полнота власти перешла к боярину Борису Федоровичу Годунову. Годуновы и их родственники Сабуровы вели свой род от татарского царевича Чета, то есть были Чингисидами. Замечу, что в XIII-XV вв. Чингисиды по происхождению считались на Руси выше Рюриковичей. Так что пушкинская фраза «татарин, зять Малюты» в те времена являлась комплиментом. Правда, ряд современных историков считает, что Годуновы происходили из костромских бояр.
Именно Борис Годунов устроил патриаршество на Руси и сделал первым патриархом своего близкого соратника Иова. В такой ситуации выбор Годунова царем был предрешен. Помните: «Немало нас, наследников варягов, но трудно нам тягаться с Годуновым». И действительно, в Москве были десятки князей Рюриковичей, имевших законное право на престол, но репрессии Грозного, а главное — унижения, которым он подвергал князей Рюриковичей, привели к тому, что народ забыл об их законных правах и главными соперниками Годунова стали беспородные бояре Романовы.
Род Кобылиных Кошкиных Захарьиных Романовых происходил от дружинника московского князя Симеона Гордого, Андрея Кобылы, первое и единственное упоминание о котором относится к декабрю 1346 г. До 1547 г. Романовы ничем не прославились в истории России — ни громкими победами, ни жестокими опалами. Они предпочитали действовать в тени, но постоянно были рядом с московскими князьями. Московские правители всегда могли опереться на Романовых, за что одаривали их богатыми вотчинами. Особенно обогатились Романовы во время разгрома Иваном ІІІ Господина Великого Новгорода. В результате Романовы уже к началу царствования Ивана IV были богатейшим семейством России. 3 февраля 1547 г. юный Иван IVженился на Анастасии, дочери покойного окольничего Романа Юрьевича Захарьина. Пятеро его детей стали именоваться Романовыми, от них и пошла эта знаменитая фамилия.
Благодаря Анастасии — матери царя Федора — Романовы получили формальный повод претендовать на московский трон. Честно говоря, этот повод более весом для потомков, а на Руси с IX по XVI в. ни в одном удельном княжестве ни разу родственники по женской линии, не будучи Рюриковичами, даже не пытались претендовать на престол. До 1598 г. на Руси Московской и Литовской все до единого князья, даже самые мелкие, принадлежали к потомкам Рюрика или Гедимина.