Давний спор славян. Россия. Польша. Литва

В Красной армии широкое распространение получили авиационные поезда, являвшиеся одновременно базой и подвижной мастерской авиаотрядов. Поезд состоял из 24-30 вагонов. Среди них были открытые платформы, на которые грузились самолеты, цистерны с топливом и крытые вагоны мастерские.
Боевые действия обе стороны обычно вели на высотах от 700 до 1200 м, лишь иногда поднимаясь до высоты 3000-3500 м. Для пулеметного обстрела противника истребители снижались на высоту 100-300 м.
Одним из лучших советских асов был Г.С. Сапожников. Так, 9 мая 1920 г. он на истребителе сбросил 25 фунтовую (10,2 кг) бомбу на польский аэродром. На следующий день над советским аэродромом появились три польских самолета германского производства. Сапожников лихо атаковал врага. Поляки сразу же сбросили все бомбы в лес и, не причинив никакого вреда, начали уходить. Сапожников стал их преследовать, в результате чего один из польских самолетов был им сбит и упал в лес вблизи Жлобина. Польский летчик, оказавшийся командиром 12 го авиаотряда, и летчик наблюдатель были взяты в плен. Второй польский самолет, подбитый Сапожниковым, сел в расположении 8 й стрелковой дивизии.
К началу боевых действий на Западном фронте у красных было исправных 27-28 разведчиков и 53-71 истребителя (данные с 4 апреля по 15 мая 1920 г.). Среди разведчиков были «бреге», «Ньюпор XX», «сопвич» и «фарман». Истребители были представлены несколькими машинами «Спад VII» и «Спад XIII», а остальные были «ньюпоры».
Замечу, что красные военлеты очень хвалили сравнительно тихоходные «ньюпоры». Так, «Ньюпор XVII» имел скорость 152 км/ч, «Ньюпор XXIV» — 168 км/ч, а «Спад XIII» — 220 км/ч. «Ньюпор» того периода обладал рядом преимущественных качеств, а именно: «надежность, невзыскательность, простота в ремонте, возможность совершать посадку и взлет где угодно».
В XVI армии использовались три четырехмоторных бомбардировщика «Илья Муромец». В начале июля они несколько раз бомбили Минск. Техническое состояние этих машин было явно неудовлетворительное. Вот характерный пример: «В 8 час. утра 9 июля три «Ильи Муромца» поднялись с аэродрома, причем один из них, потеряв ориентировку, сейчас же сел обратно. Другой самолет вследствие неисправности моторов сел в болото в 3 км западнее аэродрома. Третий, севший у д. Заболотье вследствие недостатка горючего, свернул с заданного маршрута и бомбардировал г. Бобруйск, сбросил 11 пудов [180 кг] бомб на железнодорожную станцию. На этой станции он обнаружил эшелон, груженный самолетами. Было произведено несколько удачных попаданий в эшелон и железнодорожный мост. Взрывом одной из бомб, попавших в станцию, был вызван пожар».
Приведу редкий пример удачного взаимодействия авиации с наземными частями XVI армии: «…когда семь самолетов эскадрильи появились над Рованичами на высоте 300 м, из ржи неожиданно появились три ряда цепей красных бойцов, которые быстро, почти без выстрела, пошли в атаку. Наши самолеты снизились до 100 м и своим огнем заставили сняться с позиции батарею белополяков, которая вела огонь по наступающим цепям. Также был разогнан белопольский резерв, не выдержавший пулеметного огня самолетов. Летчики один за другим обстреливали и пикировали вдоль окопов и, развивая удар сверху и с фланга, совершенно дезорганизовали противника, сидевшего в окопах… Наша пехота быстро подошла к проволочным заграждениям и почти без потерь взяла опорный пункт, защищенный от флангового охвата с одной стороны болотистой речкой, а с другой — непроходимым болотом…».
Советская авиация провела ряд налетов на аэродромы противника в Орехове, Жодине, Пост Волынске и др. Всего за кампанию 1920 г. советские летчики совершили 2100 боевых вылетов, налетав около 1400 ч, и сбросили около 6400 кг бомб.
Прежде чем перейти к мирным переговорам, стоит рассмотреть некоторые политические аспекты войны. Еще в конце 1918 г. на Украине, в Белоруссии и Литве под личным контролем Пилсудского была создана агентурная сеть «Польская военная организация», вербовавшая в свои ряды этнических поляков, проживавших на этих территориях. В конце апреля 1920 г. эта организация приступила к сбору сведений о состоянии РККА, к проведению диверсий и созданию бандформирований. Летом 1920 г. ЧК удалось разгромить наиболее крупные отделения «Польской военной организации» в Киеве, Одессе, Харькове, Житомире, Минске, Бобруйске, Гомеле, Орше, Москве и Петрограде. Ряд ячеек организации был уничтожен в 1921 г. в Харькове, Киеве, Белой Церкви, Одессе и Умани.
В свою очередь по указанию Ленина 19 июля 1920 г. было создано Польское бюро ЦК РКП(б). Оно считалось специальным органом ЦК РКП(б) на Западном фронте. В состав Польбюро вошли Ф.Э. Дзержинский (председатель), Ф.Я. Кон, Ю.Ю. Мархлевский, Э.Я. Прухняк, Ю. (И.С.) Уншлихт, Ф.Я. Прухняк (технический секретарь).
Польбюро мобилизовало на Польский фронт 5700 коммунистов поляков из 18 тысяч состоявших в РКП(б). 28 июля 1920 г. частями XV армии был занят крупный промышленный город Белосток. Через два дня, 30 июля, там Дзержинским был создан верховный орган власти в Польше — Польский революционный комитет (Польревком). Вообще то говоря, 30 июля Дзержинский был еще в Вильно, но обстоятельства заставили его спешить, поэтому манифест и извещение об образовании Польревкома были отпечатаны с датой 30 июля. Польревком в манифесте к рабочим объявил себя революционной властью и приступил к установлению советской власти на территории Польши. Председателем стал Ю.Ю. Мархлевский, членами — Ф.Э. Дзержинский, Ф.Я. Кон, Э.Я. Прухняк, И.С. Уншлихт. 2 августа в Белостоке состоялся массовый митинг рабочих, на котором выступили Мархлевский и командующий Западным фронтом М.Н. Тухачевский.
Дзержинскому удалось организовать снабжение рабочих Белостока продовольствием. На его запрос был получен из Центра ответ: «…в Минск отправлено 15 вагонов, в Вильно отправлено 15 вагонов, в Белосток отправлено 10 вагонов… Достигнуто соглашение удовлетворить гражданское население временно из запасов IV армии».
Польревком намеревался установить торговые отношения с соседней Германией. В телеграмме Герсону Дзержинский давал указания связаться с Высшим советом народного хозяйства (ВСНХ) и Внешторгом и сообщить о широких возможностях приобретения в Германии предметов военного и иного потребления, просил прислать уполномоченных для организации этого дела. В письме Герсону от 19 августа, он просил доложить о возможностях крупного товарообмена с Германией и покупки на иностранную валюту необходимых товаров.
Следует отметить, что Германия в советско польском конфликте держала строгий нейтралитет, но была более благоприятно настроена к РСФСР, чем к Польше.
С 6 августа Дзержинский приступил к формированию Польской Красной армии, командовать которой был назначен Роман Войцехович Лонгва — бывший штабс капитан царской армии, к 6 августа 1920 г. командир 2 й стрелковой дивизии. Дзержинский советовал Лонгве связаться с Москвой для вербовки военнопленных «из лагерей внутренней России — в Костроме, Ярославле и других городах. Там очень много рабочих». В сентябре 1920 г. в Бобруйске были созданы даже курсы польских красных командиров (свыше тысячи курсантов).
Серьезным недостатком в деятельности Польревкома было отсутствие устойчивой связи с польскими коммунистами по ту сторону фронта.
В связи с поражением Красной армии под Варшавой Польревком был упразднен, а Польбюро переехало в Минск, а затем — в Смоленск. Через несколько месяцев после подписания мирного договора Польбюро прекратило существование.
23-24 апреля 1920 г. в Киеве на 1 й Галицийской партийной конференции был избран Галицийский организационный комитет. Первоначально Галорком находился в Харькове, а с июля 1920 г. — в Тарнополе. В его состав входили Ф.Я. Кон (председатель), М.Л. Баран, Ф. Конар, М.В. Левицкий, М.В. Мизайлик, И. Немоловский, А. Палиев, В.И. Порайко, Б.В. Скарбеск (Шацкий), И. Усиянович. Галорком действовал в контакте с нелегальным ЦК Компартии Восточной Галиции (КПВГ).