Давний спор славян. Россия. Польша. Литва

Другой отряд (300 человек) под командованием Мусаковского появился 9 апреля около Олькуша. Сначала мятежники у деревни Гольчовицы имели некоторый успех в стычке с русской ротой, но, когда на помощь подошел отряд князя Шаховского, они отступили. Их нагнали у деревни Мышков и уничтожили.
22 апреля майор Гаврилов у деревни Иголомия на Висле рассеял отряд Румоцкого (560 человек при двух пушках). Примерно в то же время были рассеяны еще два отряда, Маневского (600 человек) и Иордана (1200 человек).
С открытием бродов на верхней Висле оборонять границу стало труднее. Начальник Стопнинского и Сандомирского уездов полковник Зверев разделил свой стоверстный участок на четыре части. На местах, удобных для переправы, он выставил посты пограничной стражи, усиленные преданными крестьянами, позади стояли резервы. Несмотря на принятые меры, 7 апреля Вислу перешли два отряда: Иордана (427 человек) у Слунец и Жанковского (300 человек) у Жабеп. Отряд Жанковского был сразу же атакован пограничниками и быстро ретировался в Галицию, причем при переправе многие утонули, в том числе и сам предводитель.
А Иордан у деревни Комаров атаковал 9 ю роту Галицкого полка. Бой длился более трех часов, русские солдаты, расстреляв почти все патроны, оказались на грани полного истребления. В это время к ним на помощь подошли три взвода новороссийских драгун и заставили поляков отступить. Тогда рота перешла в наступление и отбросила мятежников к Висле, а у речки Струг они были окончательно разбиты.
В июне — июле 1863 г. границу перешли несколько мелких конных отрядов, но вскоре были рассеяны и оттеснены обратно. Вообще же отряды повстанцев, формируемые в Галиции, действовали без общего плана, без связи между собой и с руководством восстания.
Войскам Калишского отдела, пограничного с Познанью, приходилось, кроме борьбы с внутренними повстанческими отрядами, охранять границу от познанских выходцев и военной контрабанды. Между тем генерал лейтенант Бруннер, собрав войска в крупные отряды, на кордоне оставил всего одну роту пограничной стражи. Познань дала повстанцам три тысячи настоящих солдат, прошедших военную службу в прусских войсках.
В конце марта 1863 г. около самой границы сформировались отряды Оборского (до тысячи человек) и Зейфрида. 28 марта князь В итгенштейн атаковал повстанцев у деревни Садльно, опрокинул их, но усталость отряда и разрушенный мост помешали преследованию.
В это время в Познани сформировалось еще три отряда под командованием молодого деятельного французского офицера Юнка фон Бланкештейна, служившего ранее у Гарибальди. В этих отрядах было много хорошо обученных офицеров. Вооружение и снабжение повстанцев были отличные.
13 апреля отряд майора Нелидова (две роты, 40 казаков) был выслан из Влоцлавска на разведку окрестностей города Петрокова. На следующий день, пройдя Новавес, Нелидов наткнулся на отряд Юнка, объединившийся с другими мелкими шайками. Окруженный превосходящими силами, Нелидов успел пробиться к прусской границе и, сохранив весь обоз, раненых и пленных, вступил близ Марианова в пределы Пруссии. Пробыв там три дня, отряд вернулся во Влоцлавск.
А в это время отряд Юнка, объединенный с отрядами Зейфрида, Сальницкого и Оборского и насчитывавший около трех тысяч человек, сосредоточивался в окрестностях Брдува. Против Юнка из города Коло 17 апреля выступил генерал майор Костанда (5 рот, 40 гусар, 35 казаков, две конные пушки). У деревни Вржонцы Вельки две роты и пятнадцать казаков, составив правую колонну майора Дыммана, двинулись к деревне Оссове. Остальные разделились надве части: одна (средняя, полковника Гагемейстера) направилась в лес правее деревни Кейше, другая (левая, полковника Рейнталя) двинулась влево для обхода правого фланга. Отряды Сальницкого и Оборского стояли в лесу ближе к Оссове, а отряд Юнка и Зейфрида — правее и сзади них, около деревни Бугай. Когда наша правая колонна завязала перестрелку, средняя и левая вошли в лес без выстрелов. Артиллерия карьером заняла позицию в 200 саженях (427 м) от опушки и открыла пальбу. Повстанцы, теснимые с фронта и слева пехотой и осыпаемые картечью, дрались отчаянно, однако, не выдержав натиска, были выбиты из леса. Сначала они бросились к Брдуву, но, встреченные там гусарами и казаками, бежали в деревню Модзерово, разрушив за собой мост, что и спасло их от преследования. Бой этот закончился около полудня. Русский отряд, сильно уставший, растянулся и только к 8 вечера вернулся в Коло.
Против отряда Точановского (2500 человек), направлявшегося к Слесинскому лесу, 26 апреля из Коло выступил генерал майор Краснокутский (3 роты, 60 саперов, дивизион гусар, 27 казаков, 2 пушки). Разведка показала, что окопы вдоль деревни Иганацево и опушка леса заняты густой цепью повстанцев, а на правом их фланге замечена конница. Отряд Точановского открыл огонь и пошел в атаку. Часть деревни уже была взята, но скрытая в лесу колонна косиньеров стремительно атаковала и вынудила наши войска оставить деревню. Другая колонна косиньеров начала обходить наш правый фланг. Дивизион гродненских гусар выскочил из за правого фланга и бросился на косиньеров. Те побежали, подавая пример остальным к беспорядочному отступлению. В это время к Сампольно прибыл генерал лейтенант Бруннер и подкрепил отряд Краснокутского тремя ротами. После этого деревня, окопы и опушка леса были очищены от повстанцев. В деревне Петроковицы двести повстанцев пытались удержаться в домах, но вскоре были выбиты. Затем весь русский отряд собрался в местечке Слесин, где и остановился на ночлег. В этом бою повстанцы понесли большие потери и были рассеяны.
Изданный Александром 31 марта 1863 г. под давлением европейских государств манифест об амнистии всем повстанцам, которые вернутся домой до 1 мая, пользы не принес. Повстанческие отряды в июне, июле и августе 1863 г. заполонили весь Привислинский край. За эти три месяца русские войска в Люблинской губернии имели 31 стычку с повстанцами, в Радомской губернии за то же время произошло 30 стычек, в Варшавской — 39, в Плоцкой — 24, в Августовской — 24. Террор усиливался. Ржонд требовал, чтобы командиры повстанческих отрядов не только оборонялись, но и нападали на русских.
Быстрое подавление восстания в северо западном крае указывало на необходимость применения энергичных мер и в Варшавском округе. В начале августа для скорейшего раскрытия революционных организаций была преобразована полиция. Новые полицмейстеры и приставы назначались только из русских офицеров, полицейская стража была усилена нижними чинами, городская и земская полиция подчинялась теперь военным властям.
29 марта 1864 г. полиции удалось арестовать весь «ржонд Народовый» с его председателем Траунутом (бывшим русским подполковником). Официально признано считать военные действия оконченными 1 мая 1864 г.
В ходе боев русские войска потеряли около 4500 человек, из них собственно в Польше — 3343 (826 убито, 2169 ранено, 348 пропало без вести). Потери польских повстанцев русские генералы оценивали в 30 тысяч человек. Сотни поляков были приговорены военно полевым судом к смерти, тысячи сосланы в отдаленные губернии Российской империи. Среди последних был и мой прадед — дворянин Сильвестр Антонович Домброва, сосланный на Кавказ.
Действия царских властей современные интеллигенты могут считать жестокими. Но Александр II не менее жестоко обращался и с русскими нигилистами. А сравнение его действий с карательной политикой британских властей в ходе подавления восстания сипаев в 1857 г. в Индии делает Александра II чуть ли не либералом.
А мог ли Александр II действовать иначе? Ведь повстанцам не нужны были какие либо реформы, с ними невозможно пойти на компромисс, а уж предоставить независимость на территориях в пределах Царства Польского тем более было нельзя. Панам же нужно было или все, или ничего! Создание же Польши в границах 1772 г. было бы катастрофой для России.